Архив рубрики: Без рубрики

Гносеологический анализ центральных когнитивных механизмов

КОСИЛОВА Елена Владимировна – кандидат философских наук, доцент кафедры онтологии и теории познания философского факультета МГУ имени М.В. Ломоносова.

Проблему центрального управления – то есть управления действиями субъекта – можно без преувеличения назвать одной из важнейших в когнитивных исследованиях субъекта. Она будет определять судьбу компьютерной метафоры и даст возможность глубоко продвинуться в область понимания мышления. Данное рассуждение является философским. Однако я старалась учитывать теории, существующие в экспериментальной когнитивной науке [Величковский 2006; Солсо 2006; Dretske 1999].

Читать далее Гносеологический анализ центральных когнитивных механизмов

О присутствии и отсутствии русской метафизики

Автор Сербиненко В.В.

Несказанное ядро души может быть отражено только в зеркале абсолютного сочувствия.

М. Бахтин

В известнейшей книге Ж. Делёза и Ф. Гваттари «Что такое философия?» присутствуют и некоторые русские сюжеты. Так, например, говорится, что «Декарт, попав в Россию, сходит с ума…». Речь в данном случае идет отнюдь не об иррационализме русской мысли и вообще не о «приключениях Декарта в России», а о том, что произошло с декартовским концептуальным персонажем Идиотом – «частным мыслителем, противостоящим публичному профессору (схоласту)» [Делёз, Гваттари 2009, 71–72] – в философии абсурда Льва Шестова[1]. Конечно, в определенном смысле парадоксально, что в работе Делёза и Гваттари восстающий против ratio«герой» Шестова с его апофеозом беспочвенности тем не менее имеет российскую прописку. Но вполне вероятно, авторы точны и как раз на российской почве европейский «идиот» с его «естественным» (не профессорским) рационалистическим вопрошанием обретает подлинно экзистенциальный облик. Русский же философ Шестов, несомненно, достойный пример подобного философского сумасшествия. Впрочем, все это ни в коей мере не лишает нас возможности говорить и о французском или, допустим, о европейском Шестове. Читать далее О присутствии и отсутствии русской метафизики

Концепт как философское понятие

Ю.В. Суржанская

В ΧΧ в. в отечественной лингвистике появился новый объект исследования – понятие концепта. Оно стало центральным в таких направлениях научной мысли, как когнитивная лингвистика, психолингвистика и лингвокультурология. В философских словарях и энциклопедиях до недавнего времени было невозможно найти понятие концепта. Однако в 2009 г. в «Энциклопедии эпистемологии и философии науки» вышла статья под названием «Концепт» известного философа С.С. Неретиной [1]. Автор статьи показала, что понятие концепта имеет прямое отношение к философской проблематике, прежде всего, к познанию. С.С. Неретина очертила основной абрис этой темы в философии. Новое явление в теоретическом знании неизбежно влечет за собой вопрос его определения. Поэтому, несмотря на постановку проблемы, она все еще требует дальнейшей разработки и решения. Что же такое концепт, по нашему мнению, с точки зрения философии? Какой феномен сознания или языка он обозначает? Решению этих вопросов посвящена данная статья. Читать далее Концепт как философское понятие

Жизнь как философская идея: Дильтей – Ницше – Бергсон

К постановке проблемы

В.П. Визгин

Увы, чего не мог постигнуть ты душой
Не объяснить винтом и рычагами!
Гете

Мы интуитивно чувствуем, что жизнь и культура как предельные, самые важные ценности, должны быть непременно соединены: жизнь должна быть культурной, а культура – жизненной, т.е. живой творческой силой современного человека. Но наши эмпирические констатации, как правило, говорят совершенно об ином. Ведь почти всегда духовно чуткие люди отмечали, напротив, их резкое расхождение: жизнь открывалась им в ее дикости, варварстве, безумии и абсурде, одним словом, в своей антикультурности, а в культуре они подмечали немощь, отвлеченность, манерность, самопогруженность и стерильность для нужд восходящей, ищущей своего преображения жизни. Кажется, что в жизнь проникающими флюидами входила скорее не культура,цивилизация, хотя у последней тоже не простые отношенияжизнью, но все же не столь, можно сказать, антагонистические. Редкие же моменты гармонии жизни и культуры – пусть относительной и неполной – предстают новым поколениям как вершины и того и другого одновременно и нераздельно. Подобные звездные часы человечества связываются у нас с такими немногочисленными именами, как Гомер, Пушкин, Гете… Читать далее Жизнь как философская идея: Дильтей – Ницше – Бергсон

Джоэль Питер Уиткин (Joel Peter Witkin)

«Я или психопат с острейшим эстетическим вкусом, или же потрясающе здоровый человек. Как бы то ни было, я знаю, что ничем не смогу себе помочь. Ведь это то, для чего я был рожден.» Джоэль Питер Уиткин.

Joel Peter Witkin Night in a Small Town 2007

Джоэл Питер Уиткин часто вспоминал два события, произошедшие с ним в детстве, которые определили его творчество. Первое это развод родителей по причине религиозных разногласий (его отец был евреем, мать — католичкой). Второе — он стал свидетелем гибели маленькой девочки. Отрезанная в автомобильной катастрофе голова ребенка упала к ногам 5-летнего Джоэла. После этого смерть словно заворожила его воображение и стала постоянным героем его творчества. Читать далее Джоэль Питер Уиткин (Joel Peter Witkin)

Рене Мальтет

Рене Мальтет родился в 1930 году, а ровно 12 лет назад его не стало. Но творчество французского юмориста не забыто. Фото сюжеты Рене Мальтета уходят с молотка. А портфолио известного француза собирает, тщательно хранит и делится им в интернете сын знаменитого фотографа Робин Мальтет.

René Maltête
René Maltête

Фотографировать Рене Мальтет начал в возрасте 16 лет, мечтая стать режиссером художественных фильмов. Однако, за неимением профессиональной камеры всерьез занялся фотографией. Большую часть своей жизни независимый фотограф Мальтет сотрудничал с фотоагентством «Рафо», для которого и были сделаны его лучшие снимки. Читать далее Рене Мальтет

И это дело Еве понравилось ещё больше, чем яблоко!

Как принято обзывать мужиков, которые оставляют свою даму…как бы это сказать…в интересном положении?

Правильно — по-всякому. И аспидом в том числе.
Так вот, первое обзывательство было именно «аспид». И стряслось это… Правильно, именно тогда и стряслось. Лопух Адам вприпрыжку убежал ловить бабочек, а Ева отчаянно скучала. Как примерная жена, она ждала супруга, вздыхала и не курлыкала. А что ей ещё было делать? Ни подружек, ни интернета. И муж ускакал по очень важным делам. Им, мужикам, всегда ихние важные дела интереснее, чем на жену полюбоваться. Ева только-только подумала, что могла бы усладить взор супруга танцем живота (прямо скажем, невеликого. Подтянутый был животик!), а он решил, что бабочки важнее. Ну, мужику, конечно, бабочки завсегда важнее родной жены.
Так вот, Ева сидит скучает, а тут — Змей. Красавец писаный, разумеется. И речистый. Так ей голову заморочил, так очаровал, что Ева и не заметила, как у них случился романтический ужин. Без свечей и шампанского, одни яблоки. Ева одно яблочко — кусь! А Змей, зараза, мало того что всё дерево обожрал, так ещё от слов своих красивых к делу перешёл. И это дело Еве понравилось ещё больше, чем яблоко. Читать далее И это дело Еве понравилось ещё больше, чем яблоко!

Забыв навеки о любви, добре и зле

Теперь она пришла умирать к знакомым корням,
Свернувшись в калачик на серой тёплой земле,
Доверив себя надёжным глубоким снам,
Навеки забыв о любви,о добре и зле; Читать далее Забыв навеки о любви, добре и зле

Ящерица

Такса

Ящерица сидела на холодном камне,попеременно поджимая то одну, то другую лапку, и быстро орудовала спицами.
— А что ты вяжешь? — раздался рядом голос.
— Вчера был День любви к теплым носкам, — не поднимая головы, ответила Ящерица.
— Так ведь то вчера, — сказал тот же голос.
— Ну и что, — ответила Ящерица. — Лучше поздно, чем никогда. Читать далее Ящерица

Святилища, идолы и игрища

Многогранности языческого мировоззрения, сложившегося из наслоений многих эпох, соответствовало многообразие форм культа и мест обращения к потусторонним силам, родившимся в сознании древнего человека. Моления об урожае, различные заклинательные действия, обращение к силам природы и к духам добра и зла, повсеместно рассеянным в природе, производились тоже повсеместно: пунктом обращения к этим силам и принесения им жертв («треб») могло быть и отдельное жилище, и срединная площадь селения, и ключ-родник, и луг за околицей, и берег реки, и лесная поляна, и возделанная земледельцами нива — «жизнь». Читать далее Святилища, идолы и игрища